занимаются некой профессией, есть момент накапливания профессионального опыта. Есть люди, которые не способны к обучению. Они раз и навсегда усвоили себе некую определенную схему своей профессиональной жизни и того, как в ней существовать, и в ней не развиваются. Таких людей, в принципе, наверное, мало. Потому что каждый человек к чему-то стремится, чего-то пытается достичь, пытается как-то вырасти. Поэтому те роли, которые у меня были, надеюсь, помогают мне сейчас и будут помогать в будущем самим фактом своего существования, неважно, хорошо я их сыграл, или плох.
- В театре вы играли Чикатило. Всегда интересно, исполнение роли маньяка каким-то образом влияет на актера?
- Вы знаете, факт отождествления актера с его ролью является одной из основных проблем актера, играющего отрицательные роли. Почему-то всем кажется, что если я, актер, играю маньяка, то, наверное, сам в чем-то маньяк. А человек, который в кадре выстрелил в другого человека, наверное, после съемок вышел и пристрелил прохожего. Я надеюсь, что все-таки, это не так. Могу сказать только одно – безусловно, жесткий, авангардный формат того спектакля, в котором я принимал участие, заставляет человека погрузиться в некие более грубые материи, нежели те, в которых он в принципе привык вариться. Поэтому, когда на протяжении часа я был вынужден произносить не просто текст Антона Павловича Чехова, а достаточно современный грубый текст с ненормативной лексикой, безусловно, это не давалось мне с легкостью и делал я это без особого удовольствия эстетического, моего личного. Мне это было интересно с точки зрения профессии – насколько возможно именно в таком сложном, непростом и, в общем-то, антитеатральном действии найти полезное для себя зерно и через подобный грубый текст донести до зрителя некие человеческие истины. У меня не было желания просто эпатировать публику.
<<назад                        1 2 3 4 5 6 7 8                   читать дальше>>