"ПИЧУЛ: - Я видел фотографию в каком-то журнале популярном, и когда я увидел портрет артиста – исполнителя главной роли, я заорал про Пушкина, про Урсуляка: «Какой «сукин сын», как он похож на Тихонова!»
УРСУЛЯК: - Тут, понимаешь, какая вещь: с одной стороны…
ПИЧУЛ: - Я говорю об артисте Страхове…
УРСУЛЯК: - О Данииле Страхове, конечно. Да, действительно, похож, внешне напоминает Вячеслава Васильевича, но, опять же, с одной стороны, это должно было каким-то образом сопрягаться с «Семнадцатью мгновениями…»…
ПИЧУЛ: - Он обязан быть похожим, это уже удача…
УРСУЛЯК: - Естественно, конечно. Это не мог быть Роман Карцев или Филипп Киркоров, это должен был быть похожий артист. Но, с другой стороны, я очень не хочу… очень хотел бы избежать прямых сравнений, сопоставлений с великой картиной Татьяны Лиозновой. Поэтому здесь должно быть, так сказать… Соблюсти меру похожести. У меня музыка Таривердиева. Казалось бы, «знак» «Семнадцати мгновений». Но для меня это…я взял Таривердиева не потому, что это знак «17 мгновений», или, скажем так, не только потому, а потому, что я с Микаэлом Леоновичем сделал две картины, сделал третью уже без него с его музыкой, и для меня это – родной человек, с которым мы общались, дружили и так далее, и поэтому для меня это органично. Не потому, что я хочу соответствовать «17 мгновениям», а потому, что это – то, что действительно можно было бы взять, и то, что мне близко.
ПИЧУЛ: - Таривердиев, к сожалению, от нас уже давно ушёл. У него осталось много неиспользованной музыки…
УРСУЛЯК: - Много музыки. Использованной, не использованной – это не музыка из «17 мгновений», как ты понимаешь. Его музыка облагораживает сделанное любым режиссером. Вот она просто наполняет поэзией, смыслом, лирикой…
ПИЧУЛ: - А кто ещё из актёров, которых любит народ, будет участвовать в этой истории?
УРСУЛЯК: - Вообще, много хороших актёров. И лауреат Каннского фестиваля – Константин Лавроненко, и Михаил Пореченков, и Ксения Раппопорт, и Лика Нифонтова, и Полина Агуреева, и Борис Каморзин – там будет много людей, которые работали со мной в «Ликвидации».
ПИЧУЛ: - В начале разговора ты сказал, что там 8 серий – одна история, 8 серий – другая история. То есть это формально разделено на две истории, или вы их…
УРСУЛЯК: - Формально. Формально. Они – одна перетекает в другую, но они не связаны между собой ничем, кроме главного героя.
ПИЧУЛ: - То есть, две разные истории.
УРСУЛЯК: - Две разные истории.
ПИЧУЛ: - Скажи, пожалуйста, а вот артист – молодой, красивый, похожий на Вячеслава Васильевича, как он себя воспринимает в контексте того, что вот его взяли поиграть в «большую игру» и сыграть, в общем, молодого великого артиста? Он вообще понимает, кого играет, как играет?..
УРСУЛЯК: - Он всё понимает. Даня вообще в этом смысле вполне вменяемый человек. Мы с ним играли живого человека. Пытались играть живого человека. И я тебе скажу, тут есть одна беда: Исаев в первых романах – особенно в первом романе – герой не очень действенный…
ПИЧУЛ: - А у Татьяны Михайловны он тоже, максимум, что он делал – это рисовал на бумажке и думал о Родине…
УРСУЛЯК (с улыбкой): - Совершенно верно. Но там он не только думал о Родине, там ещё Ефим Захарович Копелян рассказывал нам, про что он в каждый момент думает. А в истории с бриллиантами, скажем, Исаева не так много, и он совершает настолько очевидные какие-то поступки, что объяснять тут, в общем, особенно нечего. А параллельно с этим действует огромное количество взрослых людей, которые борются с Советской властью, воруют бриллианты, и так далее, и тому подобное, и вот эти люди совершают поступки, бегают, стреляют и так далее. А Исаев в этом смысле – герой лирический больше, в первой части. Во второй – там уже какие-то драматические события и так далее. По этому у Дани довольно сложная ситуация, сложная история. Мы тяжело снимали – не в том смысле, что «хорошо работал, плохо работал», а просто, ну, очень тяжело… думать. Даня, наверное, на таком пространстве не работал никогда, на большом таком. И мне кажется – вот сейчас заканчиваю 8-ю серию монтажа – я понимаю, что справился он хорошо. И мало кто из актёров умеет одинаково хорошо выглядеть, хорошо говорить, быть по-мужски привлекательным – это вообще большой талант, должен сказать."
Не знаю, пропускает ли форум такое выражение, как "сукин сын",
для форумчан из дальнего зарубежья поясню, что так - "Ай да Пушкин, ай да сукин сын!" - кричал о себе в восторге Александр Сергеевич Пушкин, завершив трагедию "Борис Годунов". Это стало нарицательным выражением, когда кого-то очень хвалят. 
(Кстати, Штирлиц однажды тоже так себя похвалил, в фильме Лиозновой, по крайней мере) 
