О, как приятно находиться в этой "ностальгирующей компании" и "предаваться сладостным рассуждениям" пусть и "на давно обглоданную", но не менее от этого любимую тему. Просто именины сердца

! Дорогие друзья, Ваши рассуждения поражают глубиной анализа. Мне, конечно, далеко до такого, но не могу удержаться, чтобы не откликнуться ещё на несколько моментов.
По поводу мотивов "похода в спальню", думаю, все нюансы, отмеченные Ринатой, Нюшей, Пастелло (с Пастелло не соглашусь лишь в её настрое), имели место. В душе Анны было полное смятение, вызванное отчаянием, страхом перед дуэлью двух дорогих ей людей (да и вообще единственных близких людей, у неё больше и не было никого на свете!), душевными муками от борьбы двух сердечных привязанностей, в которых она ещё не могла разобраться. Рината, мне кажется, что большого различия в Ваших с Езерской точках зрения нет, так что Вам и не нужно отказываться "от своих романтических иллюзий на сей счет". Ведь то, что Анна "позволила поселиться в своём сердце новому чувству к другому мужчине" говорится в книге ещё до дуэли. Значит, по Езерской, она шла к нему, уже понимая это, но чувство к Корфу ещё не взяло верх окончательно. А причины её ощущения, что она шла, как на эшафот (даже будучи неравнодушной к Корфу), я уже пыталась объяснить. В той ситуации (и в том веке) для благородной девушки это в любом случае душевные терзания. Скорее, различаются наши с Вами восприятия мотивов Анны. Мне при первом просмотре казалось, что она идёт к нему исключительно во имя спасения Миши (книги-то в то время ещё не было). Страшно вспомнить (как я могла!), но когда Владимир спрашивал её, любит ли она его, я боялась, что Анна (опять же ради спасения Миши) скажет ему притворное "Да", и была очень рада, что она этого не сделала (вот, думала я о нём злорадно, получай за своё отвратительное поведение). Только спустя несколько серий (как и у Анны) моё отношение к нему уже полностью переменилось. Но я, кажется, понимаю, почему у нас с Вами разные мнения в понимании её мотивов. Ведь Вы при первом показе не видели первых серий. Вот в чём дело! Вы познакомились с Владимиром, когда он уже был хорошим, и при следующем просмотре, зная это, Вы и в первых сериях не испытывали к нему той, мягко говоря, неприязни, которую имела я при первом просмотре.
LaSi wrote:возможно я наивна, когда считаю Мишу за благородного рыцаря/джентльмена.... здесь бы ей "жертва" не была необходима, потому что его бы уговорила лишь вербально.
Про Мишу и вправду не знаешь, что подумать

. С одной стороны, конечно, благородный рыцарь (особенно на фоне того Корфа, который был в первых сериях). С другой стороны, Рината права, сцены в цыганской кибитке и избушке говорят о том, что он не очень щепетилен. Правда, надо и учесть, что там речь не шла о "жертвоприношении". Но как он сопротивлялся Лизиным домогательствам в её спальне, вдруг став таким щепетильным, хотя и разделял её чувства! Может быть, боялся её маменьки? Так не хочется думать, что всё дело для него лишь в том, что Лиза - княжна, а Анна - вчерашняя крепостная, и с ней можно не церемониться

. А "жертва", принятая бы или нет Мишей от Анны, повторюсь, ничего бы не изменила, хоть он и сказал ей об этом, но, думаю, скорее сгоряча. А вдруг Владимир не отдал бы ему Анну? Мы не должны забывать и о существовавших в то время понятиях дворянской чести и достоинства. Дуэли возникали даже из-за всякой, на наш нынешний взгляд, ерунды. И погибнуть на дуэли, защищая честь свою или близкого человека, для порядочного дворянина было намного лучше, чем поступиться честью или прослыть трусом. Но в конце фильма я прониклась к Мише большим уважением за то, что он сумел доказать невиновность Владимира в смерти Андрея. Молодец!
Rinata wrote:как -то не вышло у Кориковой изобразить любовь с Корфом. С Мишей да, страсти через край, а с Владимиром ну "не верю" и это при том что сам Страхов прям светился как "вольфрамова дуга" от накала чувств.
Да, так сыграть (как неуместно здесь это слово!) любовь, как это умеет наш Данечка, не каждому удастся. Владимир, действительно, смотрел на Анну так, что его любовь становилась просто осязаемой! Но меня и Корикова убедила. Думаю, Анна по характеру такая, что бОльшая часть эмоций остаётся в душе, внешне она обычно сдержанна. К тому же, ведь она очень долго боялась поверить до конца в искренность его чувств, тем более, что он постоянно (хоть и невольно) предоставлял всё новые серьёзные поводы для её сомнений. Однако, и у неё бывали взгляды! А с Мишей, мне кажется, страстей через край тоже не было (вот поцелуев с Мишей было излишне много :x). Кроме того, думаю, поскольку любовь к Мише не была столь сильной, глубокой, а скорее, это был лишь искренний отклик чистой, юной души на первое обращённое к ней сердечное внимание такого достойного мужчины, как Миша (благодарность, как говорит Пастелло), то и чувства выражались легче, более открыто. А любовь к Владимиру - настоящая, серьёзная, трепетная. К ней не сразу осмелишься прикоснуться, поверить, что она случилась, показать её всем. Вспомнились (может, и не к месту) слова популярной когда-то песни (её исполняла Мария Пахоменко): "Если ты о том, что влюблена, всем подругам говоришь, то ты спешишь. И только если тайна нА сердце легла, это значит, что любовь пришла".